«Балтика» провела великолепный сезон, добившись не только повышения в классе, но и выхода в РПЛ с первого места в МЕЛБЕТ-Первой лиге. Калининградцы управились со всеми целями за тур до конца чемпионата.
Одним из главных факторов успеха стала работа нового тренерского штаба во главе с Андреем Талалаевым. «Балтийский корабль» сразу поплыл вперед со значительным отрывом и не отдал лидерство конкурентам.
Мы поговорили с главным тренером «Балтики» Талалаевым и обсудили итоги сезона. В эксклюзивном интервью Metaratings.ru Андрей Викторович рассказал:
- какую цель ставит перед собой «Балтика» в РПЛ;
- будет ли у команды глобальная перестройка летом;
- кто из соперников по Первой лиге запомнился больше всего;
- что получилось, а что не получилось в минувшем сезоне;
«Говорят, у Семака 14 помощников. Мне тоже нужны будут люди в РПЛ»
– Сложилось ощущение, что вы были менее эмоциональны, чем могли быть. Так ли это?
– Может быть. Во-первых, возраст. Уже все это проходил и к этим ощущениям начинаешь привыкать. У меня спрашивали, уверен ли я в победе в чемпионате? Да, у меня эта уверенность появилась после 4-5 игр, когда скорость изменений внутри команды была на высоте. Чуть-чуть зимний период поставил под сомнение, мы рассчитывали на качественное изменение класса внутри.
У нас прогрессировала и вторая команда. Мы очень рассчитывали, что с притоком молодой крови, плюс за счет футболистов, которые должны были пополнить нашу команду, уровень конкуренции станет намного выше. Увы, травмы у молодежи, которая работала с нами, из-за постоянного перехода с натурального газона на «синтетику», усложнили нам жизнь в начале весны. Но той тревоги, которая была в «Химках», уже не было. Была стопроцентная уверенность, что мы закончим первыми.
– Вы достаточно требовательный специалист, игроки к этому быстро привыкли?
– Важна именно скорость адаптации футболистов, скорость прогресса в тренировках. Юрген Клопп очень хорошо сказал: «Есть несколько вариантов изменения команды: первый – за счет трансферов, второй – работа на тренировках». Когда происходит слияние этих двух вариантов, а мы сторонники этого, ты понимаешь, что будет изменение и в качестве игры. А это уже дает результат.
Когда мы проиграли на самом старте «Торпедо», я сказал, что с тем качеством игры мы будем выше в таблице. Именно качество игры мне дало основание для этого. А дальше уже с каждым днем это убеждение было больше. Когда мне говорили, что это бахвальство, я понимал, что это – жизненный опыт.
– Вы использовали в своей работе индивидуальный подход? Кому-то нужен кнут, кому-то пряник.
– Конечно. А вы думаете, что у меня только жесткий подход?
– Со стороны кажется так. Были же у вас и замены по ходу первого тайма, и серьезные ротации состава.
– Мой сын – свидетель. Он говорит, что я стал намного мягче, может быть корректнее, по сравнению с предыдущим опытом. Второй момент, что не ко всем подходит одинаковое отношение. Есть кому пихаешь больше, есть те, кому меньше. Их в команде называют «любимчики».
Для «любимчиков» выбрана другая модель коррекции. Им могу не я пихать, их возьмет старший тренер, тренер-аналитик – и будет с ними каждую деталь обсуждать в еще более жесткой форме, требуя действий. А публично я это не выношу на всю команду. И наоборот, есть игроки, с которыми метод «пряника» не работает, их нужно постоянно пороть при всей команде, и тогда будет прогресс.
– А много в команде таких индивидуальщиков по отношению?
– На мой взгляд, у нас очень четко по каждому выработана модель коррекции и развития. Нет такого, что мы берем и только ругаем, или берем и только хвалим.
– Как раз осенью вы наняли психолога. Можете ли вы сказать, насколько он помог команде?
– Лучше у игроков спросите. Но, думаю, переоценить этот вклад невозможно. Я приведу пример Титкова и Мохаммада. Того прогресса, который мы видим, мы бы не добились без воздействия Милы Кирсановой, с которой сотрудничаем с 2007-го – со времен работы с юношеской сборной России.
В разговор включается Андрей Талалаев-младший: Если брать в разрезе наш футбол, много кто сейчас использует психолога. Может, они не афишируют. Раньше к этому всему было скептическое отношение.
Снова Талалаев-старший: 10 лет назад это было новшество, сейчас в каждом большом клубе есть психолог, его наличие просто не афишируют. В силу того, что у нас это происходит в цейтноте времени, мы это делаем. Плюс итальянская бригада: нутрициологи, биомеханики, которые приезжали к нам. Я снова хочу их привлечь, потому что, несмотря на прогресс в питании, в проценте жировой массы, у нас осенью были вещи, которые недопустимы в команде по количеству игроков с лишним весом.
По процентам вклад специалистов в успех не разложишь. Взять, например, Титкова, который очень здорово провел эту весну. Или Пряхина. Я вижу, как он изменил свое отношение после работы с итальянцами. Я вижу, как он работает до тренировки, после нее, как он питается. Этот человек превратился из полупрофессионала в профессионала в работе.
Что еще очень важно: в процентном соотношении не определишь вклад того или иного игрока. Условный Терентьев играл мало, но важна роль, которую он несет. Своим поведением, отношением к себе он дает пример молодежи в раздевалке – Никишину, Николаеву. Они видят это отношение. Приходят за час, а люди уже работают. Они могут подойти спросить, что люди делают, например с физиологами. Сантьяго и Сержио у нас работают с раннего утра и до позднего вечера, Евгений Елисеев тоже. Доктора и массажисты.
Раньше был выходной после игры для всех, а сейчас такого нет. Они уже работают. Вот это не измеряется. Но осенью я не мог прийти и сказать: завтра мы работаем так. В первую очередь, игроки должны были понять, для чего это делается. И не всегда это зависит от меня. Это зависит от возможностей клуба. То, что руководители «Ростеха» выделяют дополнительные средства, это тоже заслуга клуба. А не то, что вот я такой умный, пришел, привел 15 человек, которые мне помогут.
Говорят, у Сергея Семака 14 помощников. Мне тоже нужны будут дополнительные люди для достижения результата в Премьер-Лиге. Во всех областях. В плане комфорта переездов и жизни футболистов, в плане тренировочного процесса, в плане физиологии и восстановления. Все это должно усиливаться. Поэтому, если мы говорим, какого результата хотим добиться в Премьер-лиге, то подождите, надо сначала все эти процессы довести до идеала. «Ростех» горит желанием, я изложил им свое видение. Давайте работать тогда.
«По бюджету мы были на четвертом-пятом месте»
– Вы достаточно опытный тренер по работе в Первой лиге. Можно сказать, что у «Балтики» был сильнейший состав?
– Не готов воспринимать этот стереотип. Люди создают мне имидж тренера для Первой лиги. А что, у нашего тренерского штаба было мало практики в РПЛ? Два с половиной года в «Ахмате», выход команды с 14-го места на седьмое – это не успешная работа? Наш штаб был успешен в Первой лиге, но был и не менее успешен и в РПЛ. С «Крыльями Советов» мы за месяц работы провели шесть матчей и проиграли только «Динамо» с двумя пенальти. Это, говоря о кризисном менеджменте. Или если взять работу вдолгую, то «Ахмат» занимал последнее место, а когда мы уже уходили – седьмое. Это тоже большая работа.
Что касается вашего вопроса, во-первых, наш бюджет не был максимальным. Мы по этому показателю были на 4-5 месте. Если говорить об уровне притязаний – только за второе место в этом году боролись шесть-семь команд. Но по игре такого преимущества, как у нас, не было давно. Наверное, только когда «Крылья Советов» выходили, они так же превосходили всех соперников. Для этого достаточно посмотреть результаты, разницу забитых и пропущенных. В Первой лиге нет средней прослойки, тут ты или борешься за выход, или за выживание.
– Это говорит о том, что сама лига выросла, или просто собралось много клубов, которые не так давно играли в РПЛ?
– Это говорит об очень серьезном расслоении в бюджетах. От этого очень зависит комплектование состава. Уровень мастерства футболистов первых шести-семи команд сильно превышает уровень других футболистов. Ну и решает разница в условиях. Когда вы видели, что у одних есть ВАР, а у других нет. Из одного региона, причем не московского, представлено семь арбитров, а из других два-три. Нужно анализировать все.
– Кто из конкурентов в Первой лиге лично вам понравился? Может по игровой модели, по тренерским задумкам.
– Не могу оценивать чужую работу. Могу оценить качество игры в зависимости от набора исполнителей и возможностей. Если брать и работу, и качество игры, то, безусловно, КАМАЗ уже второй год показывает результат и хорошую игру. «Торпедо» осенью играло в хороший футбол, «Черноморец» – весной. Не ожидал игры с таким преимуществом от «Енисея». Андрей Тихонов строит очень хороший футбол. Дальше, если бы не ВАР, то «Сочи» и «Черноморец» были бы чуть ниже, чем они сейчас находятся.
– По судейству предпринимали попытки улучшить ситуацию, но порой кажется, что стало только хуже.
– На мой взгляд, ко всем должны быть одинаковые требования, чтобы мы понимали планку единоборств, уровень ответственности арбитров. Мы видим, что стабильные арбитры не поднимаются на важные матчи. При этом какая-то молодежь, которая ничем не отличается от других, даже, возможно, в худшую сторону, обслуживает поединки, в которых решается борьба за высокие места. Разница в командах – в миллиарды, ведь когда клуб ставит задачу выйти выше, на это тратятся такие деньги, а когда борются за выживание, бюджет может быть и 250, и 300 млн рублей. А в это еще и человеческий фактор вмешивается.
– Стало ли лучше в плане логистики?
– Я могу отметить, почему могу позволить себе публичные высказывания, когда что-то не работает, потому что это может принести результат. Вы помните, что было с кубком и чемпионатом в прошлом году. Во-первых, убрали «тройники», уменьшилось количество травм. Есть ли ЧМ или Евро, это мало касается наших футболистов, которые вынуждены из-за нашей логистики проводить за неделю три игры. Еще и в условиях, в которых мы находимся: например, две игры на искусственном поле, а посередине – на натуральном в другом конце России.
Говорят, что в Европе тоже проводят три игры в неделю, но они там и едут на игру на автобусе 2,5 часа, а не 12 в перелете или 15, как сейчас «Енисей». Если ужесточить рамки, то мы, условно, могли поставить игру с «Енисеем» на 19:00, чтобы у них была полночь, но мы поступаем нормально с людьми, которые нам всегда идут на встречу. Мы всегда сможем договориться. А есть люди, которые смотрят футбол с вертолета, ставят поединки на Дальнем Востоке на 8 утра по московскому времени, причем делается это умышленно.
Думаю, Первая лига становится с каждым годом лучше и лучше, это дает возможности роста. На следующий год, я слышал, опять будут «тройники», начало матчей будут назначать по региональному времени. Не сложно ведь поставить матчи на Дальнем Востоке, чтобы они начинались хотя бы в 11 по Москве. Это, наоборот, привлечет больше зрителей.
В этом году не было накладок по Кубку. Не переносились игры за два дня и не надо было срочно менять билеты.
– Истории про плохие поля и гостиницы ушли в давние времена или это до сих пор актуально?
– Посудите сами. Если Екатеринбург может поддерживать в хорошем состоянии свое натуральное поле, то почему в Новороссийске должны играть на синтетике?
Андрей Талалаев младший: Добавлю от себя. В мире есть хоть одна лига с такими переездами и с таким количеством переходов с натурального поля на синтетическое? В США, может быть, что-то похожее, но что мешает привести все к одному знаменателю?
– Коллеги и бывшие футболисты как-то реагируют на успехи или неудачи «Балтики»?
– Сейчас, например, написал Евгений Овсиенко, мы с ним вместе в «Тамбове» работали. Мелочь, а приятно. Для меня это главная оценка моей работы. Не комментарии где-то в телеграме. Когда перегибаешь палку, мне могут позвонить человек пять-семь и сказать, что было неправильно. Лучше так. Валерий Непомнящий, Сергей Павлов много раз спокойно корректировали, направляли, куда идти. Я прислушиваюсь к их мнению.
– А часто такие звонки за сезон были?
– Сергей Павлов позвонил, когда было две ничьих. Сказал, что видит, что все хорошо: надо спокойно принять результат, забьем – и все пойдет. В момент сомнений важно услышать мнение человека, который многое видел, многое прожил, многого добился. Человек может предложить решение. Это выдает специалиста.
Я давно разговаривал с Долматовым. Он мне сказал, что, когда ты при полном домашнем стадионе поиграешь пару матчей, то поймешь, что даже футболисты иногда не могут реализовать задуманное из-за давления. На выезде легче. Много факторов. На выезде больше концентрации, мы двое суток готовимся к игре: в гостинице, в самолете. Плюс моделирование игры. На выезде мы можем отдать мяч. Дома при 30 тысячах на стадионе, как можно отдать его? Как было, например, в игре с «Черноморцем».
Какую бы ты установку ни давал, [дома] они все равно начинают играть в более авантюрный футбол. Это касается одного игрока, двух-трех, а может и всей команды. И вот эта авантюрность стоит ошибок. Эмоции, настрой порой «засасывают». В такие моменты решает умение тренера все это остановить.
«Несколько изданий сменили оранжевый цвет на желтый, не планирую с ними общаться»
– Вы упомянули матч с «Черноморцем». В самой концовке вы играли с «Торпедо». У вас тогда уже было понимание, что «Балтика» выходит в РПЛ и нет проблем с результатом?
– Перед «Торпедо» да, а с «Черноморцем» на установке говорил парням: мы на первом месте с отрывом в 8 очков, откуда эта нервозность? Играйте правильно, не попадайтесь на эти ошибки. Они это сделали, и у соперника был только один момент, когда команда уже устала.
– Весной вы начали перестраивать игру под РПЛ. Насколько это тяжело для команды?
– Это сложно в плане работы на предсезонке. Когда ты обкатываешь одно, очень сложно потом перестроиться. Поэтому мы распределили игровые модели: работа в два нападающих, в три. Мы всему уделили время. Мы очень редко предлагаем игрокам вещи, которые не пробовали на тренировках. На этом уровне без проработки так не получится.
Команда перенесла это болезненно. Какие-то очки мы потеряли. Когда «Сокол» приехал, они заставили нас потерять очки. Мы не забили свое, но мы попробовали новую схему.
– Второй аспект подготовки к РПЛ – формирование, комплектация команды. Перерыв небольшой, есть очертания того, какой вы хотите видеть «Балтику» в РПЛ?
– Есть, но делиться этим не буду.
– Есть те, кто уже точно покинут команду?
– У нас еще будет предсезонка. Был не совсем успешный зимний опыт селекции, поэтому прежде, чем точно сказать, с кем мы расстанемся, нам надо понимать, кем мы пополнимся. Алгоритм работы сейчас будет другой.
– По позициям, что бы вы хотели улучшить? Например, вратарская бригада у вас хорошая.
– Согласен. Надо анализировать уровень лиги. Когда я сказал за пять туров до конца сезона, что сейчас не смотрю РПЛ, это было практически правдой. Можно смотреть как зритель, можно анализировать уровень. Был промежуток туров в 5-6, когда я не смотрел вообще, не ходил на матчи, когда звали. Не давал комментариев. Я считаю, что нужно оставаться профессионалом. Опять же, вопрос как это будет преподнесено.
После игры с «Черноморцем» я журналистам сказал, что сейчас не смотрю РПЛ. Они убрали слово «сейчас», и получилось, что тренер команды, которая вышла в РПЛ, не смотрит матчи лиги. А можно было написать слово «сейчас». И получилось бы, что не получается смотреть в связи с концентрацией на выходе в лигу выше и достижении максимального результата. Мы при подготовке к условному «Черноморцу» по пять матчей смотрели. Один наш матч смотрим по 3-4 раза, чтобы определиться насколько успешно мы работаем, как корректируются действия футболистов. Есть прогресс или нет.
Деталей много. Раньше игрок действовал так, а сейчас я прошу его по-другому. Мы это просматриваем и складываем: этот с нами пойдет, а этот – нет. При этом бывают ситуации, когда игрок попал в сборную тура по чьей-то версии, а у нас он получил негативную оценку. Бывает, что замечаю такое. Когда у меня спрашивали про шансы «Краснодара» на чемпионство, я даже не знал, кто у них выходит на замену вместо Сперцяна и Кордобы. Уровень игры я могу оценить: смотрю фрагментарно, и они в порядке. Но я сконцентрирован на одном, а преподносится это по-другому.
Несколько изданий, которые раньше были основными поставщиками информации, сейчас сменили работу на хайп, сменили оранжевый цвет на желтый, я с ними не планирую общаться. Знаю, что с их стороны есть негатив. Пусть они продолжают это. Нам дорог весь электорат, но не настолько, чтобы говорить какие-то громкие фразы, приглашать в раздевалку, хвалить футболистов. Мне достаточно пресс-конференций, где я лишний раз подчеркну, даже когда кто-то не видит, что мои футболисты – самые лучшие.
– Контрольной закупки на 10-15 футболистов летом не планируется?
– Со стороны тренерского штаба точно нет. Можно набрать хороших футболистов, как это было до нашего прихода, а можно создать команду, которая будет добиваться результата.
– По новым легионерам есть наработки?
– У нас нет ограничений по географии. Я много раз говорил, что для нас нет ни возраста игрока, ни паспорта. Благо, в РПЛ для этого больше возможностей. Здесь же лимит позволяет иметь только четырех иностранцев.
– Брайаном Хилем довольны? Показалось, что он не всегда понимает, что от него требуется на поле.
– Да, очень. Мы заложники своих ожиданий. Мы прекрасно знаем возможности этого игрока. Спортивный директор «Ахмата» звонил нам, когда мы вели переговоры: спросил, правда ли мы интересуемся, и как он может играть в мой футбол. А он знает Хиля, потому что мы 2,5 года вместе комплектовали «Ахмат». Очень мало универсальных нападающих, которые обладают таким набором качеств, еще и забивают. Мы лучше под него подстроимся.
Другой вопрос: для того, чтобы Хиль лучше адаптировался, его стоило покупать в связке с центральным полузащитником. Мы прикладывали к этому максимальные усилия, но зимой не получилось. Поэтому сейчас стараемся исправить эту ошибку. Но время на адаптацию в РПЛ Хилю тоже понадобится. Не надо ждать, что он с первых туров будет рвать эту лигу. Но в том, что он будет успешен, у меня нет сомнений. Иначе мы бы не пошли на эту достаточно дорогостоящую покупку.
«Первый матч с «Химками» будет для меня эмоциональным»
– Для вас есть какое-нибудь принципиальное соперничество? Если останутся «Химки», это будет особенный матч для вас?
– Я думаю, что первый матч с «Химками» для меня будет более эмоциональным, чем второй, третий или пятый. С «Торпедо» я уже играл много раз и как тренер, и как футболист, перейдя в другую команду. Понятно, что это альма-матер, я признателен клубу. Можно сказать, что помог им выйти, так как это единственный клуб, который взял шесть очков в поединках с «Балтикой». Год назад писали, что я утопил три команды, а сейчас «вернул»: «Химки», «Торпедо», «Балтику».
– Вы достаточно много работаете с футболистами, в том числе и молодыми. Для вас принципиально, чтобы после работы с вами они дорастали до сборной или молодежной сборной?
– Конечно. Когда наш тренерский штаб зашел в «Ахмат», я говорил: «Подождите, 2-3 года, и у нас в сборной будут чеченцы». Садулаев попал в сборную после 2,5 лет работы с нами. Сейчас Ибишева вызвали в сборную, хотя год назад он играл во Второй лиге. Мы взяли его три года назад, он у нас уже выходил на замену в РПЛ. Мы жертвовали результатом, вылетели из Кубка, но у нас семь чеченцев было на поле.
Ибишев в обморок падал у нас на тренировках, это показало его характер. Когда мы видимся, мы обнимаемся всегда, общаемся. Он признателен, что мы в него поверили. Я горжусь тем, что футболисты, с которыми мы работали, играют в сборной. Мы заинтересованы в успехе каждого игрока. Для тренера самое сложное – сделать счастливыми тех, кто мало играет. Несмотря на результаты команды, их личные интересы всегда выше. Ни один психолог это не изменит.
В «Балтике» два игрока сейчас в молодежной сборной России – Бозов и Никишин. Все говорят, что мы с ними прощаемся. Не знаю, кто это пишет, но у них есть вся предсезонка для того, чтобы изменить свою форму для РПЛ. Я на них рассчитываю так же, как и на любого игрока основы.
– Писали, что Садулаевым интересуется «Милан».
– Если бы не серьезная травма, он бы уже играл в Европе. Это очень нестандартный футболист. В футболе есть такие понятия, как быстрые ноги, ловкость, координация. В процессе развития у него скорость принятия решений была медленнее скорости ног. Сейчас, с опытом и пониманием, они сравнялись.
Садулаев в атаке может все. Может сам завершать, обыгрывать, у него рабочие и правая, и левая нога. Он может быстро менять решение, что для нападающего, на мой взгляд, более важно, чем быстрота принятия решений. Раньше ему этого не хватало. Пример Кварацхелии показывает, что в любом европейском клубе могут присмотреться.
Если бы были варианты с условными «Миланом» и «Болоньей», я бы на месте советника рекомендовал перейти в «Болонью», сначала адаптироваться там, а потом уже идти в клуб с более высокими требованиями, чтобы не губить карьеру. Так было с Карпицким. Мы его звали в «Химки», в Первую лигу на второй круг. Я объяснял ему, его маме: если вы придёте к нам, вы адаптируетесь после чемпионата Белоруссии к российскому футболу. Потом мы выйдем в РПЛ, и там, если у вас будет полноценный успех, ваш контракт увеличится не на 100 тысяч рублей, а на 10 тысяч долларов в месяц. Но он перешел в «Крылья Советов». Не все готовы смотреть в завтра.
В «Ахмате» сейчас работает один из самых сильных генеральных директоров в России Ахмед Айдамиров и спортивный директор Руслан Газзаев, очень сильный менеджер. У них есть четкое понимание, как развивать игроков в союзе с тренерским штабом.
«Калининград дешевле, чем Москва и Питер, но все жалуются на скачок цен»
– Калининград – город курорт. За сезон успели посмотреть город и море?
– Да. Сын купался два раза, я заходил в море, но не плавал. По поводу адаптации: совсем скоро мы станем полноценными калининградцами.
Андрей Талалаев-младший: Добавлю от себя, что отец ездит по разным местам и всегда думает: где можно базу построить, где можно поле постелить, где разместить интернат, где «встают» манежи.
Снова Талалаев-старший: Это профдеформация, есть такое. У нас есть место между Светлогорском и Янтарным, где самая высокая точка, там строится лагерь. А я говорю, что это идеальное место, где все защищено от ветра, можно поставить два футбольных поля. А надо мной смеются, что я потерян от обычного отдыха.
– По вашим ощущениям, Калининград это все же Россия или Европа?
– Однозначно Россия. Сто процентов. Да, кухня, культура ближе к Европе, но это абсолютная Россия, сомнений нет. Посмотрите реакцию людей на все, что происходит. Не только на футбол.
– Удивлены такой любви к футболу в городе-курорте? Часто показывают пустые трибуны в Сочи, а тут даже на рядовые матчи ходят по 20 тысяч.
– Тут еще и народ не сильно избалован. Сейчас достроят филиал Третьяковской галереи, филиал Большого театра. В Сочи более разнообразный досуг у людей. Здесь не так много развлечений, помимо культурного отдыха. Можно изучать культуру немецких философов, особенно в Светлогорске, но пока есть куда расти. Это совместный процесс. Это вопрос не одного дня, нужно много времени. Я надеюсь, что мы здесь надолго, и будем развиваться вместе.
– Калининград дорогой город?
– Нет. Сто процентов дешевле, чем Москва, Питер, но все жалуются на сильный скачок по ценам. В прошлом году было 1,6 млн туристов, в этом уже точно будет минимум два миллиона. Такой прирост приезжих и отдыхающих провоцирует рост цен, начиная от продуктов, заканчивая недвижимостью.
Понятно, что местным это не может сильно нравиться, но уровень развития не только туризма, но и инфраструктуры, культуры, кухни поражает. Нигде не увидишь такого разнообразия, кроме как в Москве, Питере. Начиная от квизов или выставок, и заканчивая картингом в помещении, считающимся лучшим в стране.
Здесь есть Суворовские бани, где команда парится с обычными людьми. Мы не закрываем для этого заведение. Это тоже отдельное явление. Тут даже отдельное парение «по-балтийски» есть – когда ноги трижды то опускают в ледяную воду, то парят по 3-5 минут. Говорят, эта традиция пошла от моряков.
– Как переносят баню легионеры?
– Алекс Фернандес по два раза в неделю ходил, потому что у него были проблемы с лишним весом. А есть те, кто приходят только чтобы с командой быть, как Хиль, например. У меня есть физиотерапевт Сержио Джованни. Я его 20 лет знаю, он ни разу не ходил в сауну, но в предбаннике он всегда с нами. Отдыхает с командой, потом уезжает. Единственная сложность – нарушить традицию.
У нас специальная спортивная баня. Нужно привести с собой спортивное питание, ведь мы такие тимбилдинги устраиваем раз в месяц в качестве восстановления после тренировки. Нам же говорят, что у них есть бар, берите оттуда. Вот эту специфику тяжело донести. Этого пока тут не понимают. Мы не хотим сэкономить на еде, нам нужно правильное питание. Мы идем не для того, чтобы выпить лишнюю кружку пива, а для того, чтобы процесс восстановления шел правильно, и игроки в нужное время выпили углеводные напитки, получили массу белка по своей индивидуальной программе.
– Может, в РПЛ все поменяется…
– Это поменяется с постепенным раскрытием футбольной культуры. Мы все это доносим, чтобы объяснить, ведь у штаба очень большой опыт. Успех в симбиозе. «Ростех» уже делал успешные проекты в Самаре, Туле, так что «Балтика» обречена на успех. Другой вопрос – насколько быстро он придет. Слышал что-то про тройки, четверки в РПЛ, но давайте не шагать широко, потому что иногда от этого рвутся штаны.
– Место в топ-10 – реальная цель?
– Это не цель, это реальность, которую нужно реализовывать. Цели должны ставиться более высокие. Плюс мы стараемся выращивать своих ребят. Представители тренерского штаба всегда ходят на матчи второй команды и «молодежки». Недавно был на игре последних, кстати. Пару человек оттуда мы возьмем на первый сбор.
– Есть перспективные ребята во второй команде?
– Мы понимаем, что для больших целей, пока что есть потенциал только у двух человек. Но это долгий путь. И эти двое могут и не дойти до РПЛ. Это лишь взгляд нашего тренерского штаба, мы иногда тоже ошибаемся.
